<<
>>

Подведем итоги.

Осмысление военного опыта стало первым шагом на пути создания проекта тотальной мобилизации. Первая мировая война была осознана Э. Юнгером как центральное переживание модерности.

Новый харак­тер этой войны, превративший традиционные полевые сражения в битву мате­риала, стал глашатаем эпохи масс и техники. Технологический прогресс, дос­тижения которого были в полной мере продемонстрированы в ходе войны, стал кульминацией и логическим продолжением модернистских ценностей: рацио­нальности и науки. Эти ценности, предназначенные обезопасить и оградить че­ловека от внешних опасностей, породили машины, обернувшиеся против того, кого следовало защищать.

Смысл военного переживания не был имплицитно присущ войне, он был постулирован Э. Юнгером. Невозможность обретения смысла грозила потерей идентичности для целого поколения. Постулировав смысл военного пережива­ния, Э. Юнгер продемонстрировал отказ стать в ряды «потерянного поколе­ния», признавшего бессмысленность жертв, принесенных на алтарь войны. Та­кое по сути рациональное, механическое постулирование смысла укладывается в модернистскую схему.

Интеграция в мирную жизнь была значительно осложнена фактом пора­жения Германии в войне и установлением Веймарской республики, нагружен­ной негативными смыслами с самого начала своего существования. Э. Юнгер стал ярым противником Веймарской демократии, этого, по его словам, «гос­подства неполноценных». Но, в отличие от своих соратников по «консерватив­ной революции», он считал революцию, хотя и незавершенным, но необходи­

мым шагом на пути к установлению «нового порядка», контуры которого были определены им позднее.

Война предстала Э. Юнгеру в обличье тяжелой работы, в процессе кото­рой сословные и другие отличия нивелировались. Произошла пролетаризация масс. Войско стало, по сути, амальгамированной рабочей массой. Рамки пози­ционной войны резко ограничили возможность проявления индивидуального героизма, солдат стал все более приобретать типические черты, становиться типом. Тип воина был радикализирован и мифологизирован Э. Юнгером и воз­вышен им до репрезентанта новой эпохи. Именно воин огнем и мечом был при­зван расчистить дорогу новому миру. Но полноценное сращение с механизмами было дано осуществить следующему типу, вобравшему в себя признаки типа воина, - Рабочему. Стремление автора не отказаться от техники, но поставить ее на службу «тотальной мобилизации» мира, является модернистским по своему характеру. Отказ от индивидуальности и приветствие вторжения «опасного» в жизненное пространство стали ответом Э. Юнгера на вызовы модернизации. Он был убежден, что развитие техники является конечным процессом, что так­же говорит о его модернистском наследии. Постмодерн отказался от конечных форм. Рабочий претендует на глобальное распространение, его господство вы­ходит за рамки присущих модерну дистинкций: классов, сословий, границ на­ционального государства.

<< | >>
Источник: Гузикова Мария Олеговна. «ТОТАЛЬНАЯ МОБИЛИЗАЦИЯ» ЭРНСТА ЮНГЕРА КАК ПРОЕКТ МОДЕРНОСТИ: ИСТОРИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Екатеринбург - 2004. 2004

Еще по теме Подведем итоги.:

  1. Итоги.
  2. Итоги работы
  3. Критика закона о печати и первые итоги его реализации
  4. §1. Реформа антимонопольного права ЕС 2004 г.: основные направления и предварительные итоги
  5. Итоги опытно-экспериментальной работы по активизации деятельности учителя по содействию личностному самоопределению старшеклассников
  6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  7. Заключение.
  8. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  9. § 2. Современное социально-правовое положение лиц, состоящих в фактических брачных отношениях
  10. 1.6. Качество жизни: общие вопросы
  11. ЛИТЕРАТУРА
  12. Международный кодекс но охране судов и портовых средств 4 (Кодекс ОСПС) о мерах по обеспечению безопасности судов
  13. АРЗУМАНОВ Сергей Георгиевич. Конституционно-правовые средства обеспечения соответствия законодательства субъектов Российской Федерации Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству / Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук, 2002
  14. Заключение