<<
>>

3.2. Механизмы противодействия праворадикальным организациям в российской политической практике

В начале ХХI века праворадикальное движение в России вступило в особую фазу своего состояния, которая отмечается тенденцией устойчивого развития. По всей видимости, это связано с политикой российской власти последнего времени, проведение которой по многим параметрам ориентировано на возрождение, скорее, имперских, нежели демократических традиций. Стремление властей искоренить праворадикальные экстремистские тенденции в политике не принесло ожидаемого успеха по причине слабости и неэффективности в этом вопросе российской законодательной базы.
В правовой сфере сложилась парадоксальная ситуация: основной блок федеральных законов, касающихся препятствия распространения экстремистской идеологии неофашизма в РФ, не работает. Нет ни возможностей правоприменения, ни желания всех ветвей российской власти противодействовать радикалам всех мастей. Первые попытки российской власти оказывать противодействие правым радикалам начали принимать систематический характер только с конца 1998 года. В течение почти всего первого постсоветского десятилетия на фоне бурной и далеко не всегда законной активности экстремистов антифашисты оправданно упрекали власть в пассивности, отсутствии политической воли или даже откровенном попустительстве радикалам. Нет никакого сомнения, что такое положение серьезно дестабилизировало ситуацию внутри страны и портило ее имидж на внешнеполитической арене. Всплеск активности национал-радикалов при попустительстве со стороны власти на фоне общей социальной нестабильности в стране и популярности реваншистских настроений даже породил в начале 1990-х годов пессимистический (чтобы не сказать «панический») тезис о «Веймарской России» по аналогии с Веймарской Германией. Конечно, по сравнению с серединой XX века положение сильно изменилось. Общество стало менее радикальным и вообще менее политизированным, а власть начала «давить» на экстремистов. Однако, как несложно заметить, противодействие радикальным национал-патриотам со стороны государства носит по большей части ситуативный характер. Иногда конкретные действия официальных лиц вызывали серьезное сомнение как этического, так и юридического характера. И то, что радикальные национал-патриоты к настоящему времени в значительной степени утратили влияние на общество, только отчасти объясняется деятельностью властей, а в большей степени – изменениями в обществе и политической жизни страны в целом и эволюцией самих национал-экстремистов в частности. Нацизм – идеология и политика, основа которого – трактовка нации как высшей ценности и формы общности [21, c.788–789]. Он может сыграть роль положительного фактора, например, выступать объединяющей силой в борьбе за освобождение от колониального или иностранного гнета. Но когда нацизм сопровождается идеей национальной исключительности (превосходства), то он принимает крайние формы, превращается в шовинизм, сближается с расизмом. Как отмечается в Декларации ЮНЕСКО о расе и расовых предрассудках (1978 г.), «всякая теория, приписывающая превосходство или неполноценность отдельным расовым или этническим группам, которая давала бы право одним людям господствовать над другими или отвергать других, якобы низших по отношению к ним, или основывающая суждения об оценке на расовых различиях, научно несостоятельна и противоречит моральным и этическим причинам человечества». Современная Россия, населенная представителями различных национальностей также не избежала националистических межэтнических эксцессов.
Граждане России участвовали в нескольких межэтнических войнах, имевших место за её пределами, а в самом российском обществе растет страх перед поднимающем голову неонацизмом. В данной ситуации особую актуальность приобретает вопрос о правовом (в том числе уголовно-правовом) обеспечении равенства людей по признакам национальности как серьезном инструменте, с помощью которого возможно сдерживание роста межэтнического напряжения. Основной Закон России Конституция 1993 года признает принцип равноправия народов, объявляет носителем суверенитета и единственным источником власти в РФ её многофункциональный народ (ст.3), запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели и действия которых направлены на разжигание расовой и национальной розни (ст.13), гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от расы и национальности, запрещает любые формы ограничения прав граждан по признакам расовой и национальной принадлежности (ст.19), не допускает пропаганду или агитацию, возбуждающую расовую или национальную ненависть и вражду, запрещает пропаганду расового или национального превосходства (ст.29) [173, с.586–589]. Следует признать, что имеется достаточная нормативная база, обеспечивающая равенство граждан и право народов на самоопределение. Однако современное состояние общества характеризуется пренебрежением к указанным нормативным актам. Всё чаще общество сталкивается с обострением межнациональных отношений, враждебностью к представителям других наций и вероисповеданий. Криминальные элементы успешно используют возникшие в различных точках страны и мира межнациональные конфликты в своих преступных интересах. Поэтому необходимо активизировать деятельность правоохранительных органов по защите конституционных прав и свобод граждан в данной сфере. Существенную помощь в этом им может оказать разработка методических рекомендаций по расследованию преступлений, предусмотренных ст.282 УК РФ и связанных с ними. Давая криминалистическое описание данного преступления, считаем необходимым, обратить внимание на характеристику способа его совершения. Способ совершения анализируемого преступления может рассматриваться как своеобразная преступная операция. Прежде всего, это проявляется в наличии нескольких этапов совершения преступления: подготовки, собственно совершения и сокрытия преступления. Собственно способ совершения преступления определяется постановленными целями. В зависимости от целей способ совершения данного преступления может включать в себя действия, направленные: а) на возбуждение национальной расовой или религиозной вражды; б) унижение национального достоинства; в) пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии или расовой принадлежности. В результате преступного деяния виновные оказывают воздействие на сознание, а, в конечном счете, на волю и поведение людей, формируют у них побуждения к определенному образу действия. В наиболее опасных ситуациях возможно объединение лиц, воспринявших преступные идеи, для совершения погромов, массовых беспорядков, убийств, вандализма и т.д. Практика показывает, что указанные выше нормы Основного Закона Российской Федерации не действуют. А все «запрещенные» по Конституции РФ объединения и организации спокойно и беспрепятственно действуют. Ответы российских властей о том, что официально, юридически эти же организации не зарегистрированы, считаем попросту не состоятельными. К примеру, всему государству, да и за его пределами, известны имена лидеров, их названия, программы, почти у каждого праворадикального объединения существует общедоступный сайт в Интернете: идёт незаконная деятельность, агитации, лозунги, призывы.
Однако все это никаким образом не наказывается со стороны государства. Санкции статей Уголовного кодекса РФ и Кодекса об административных правонарушениях не предусматривают должного за преступления на национальной почве наказания. Сроки, которые иногда получают за зверские, совершенные группой лиц не несут исправительной функции, так как освободившийся из мест заключения «нацист», чаще всего, продолжает совершать подобного рода преступления. Сложность проблемы взаимодействия правоохранительных органов и правозащитных организаций в противодействии фашизму (нацизму), неофашизму заключается в том, что представители органов охраны правопорядка и правозащитники, объективно являясь союзниками в этом деле, имеют существенно различающиеся взгляды на природу, характер и степень общественной опасности рассматриваемой категории преступлений. Для правозащитников неофашисты – это, прежде всего, идейные враги, люди, представляющие огромную опасность с точки зрения последствий для общества, победы человеконенавистнической идеологии. Именно правозащитники принимают на себя боль, отчаяние и возмущение простых граждан, видящих на стенах домов листовки и надписи с фашистской символикой, слышащих выступления носителей идеологии нового фашизма. Правозащитники не только собирают информацию о нарушениях прав человека и преступлениях, совершаемых на почве расовой ненависти, они постоянно пытаются оказывать конкретную помощь людям, ставшими жертвами преступлений и преследований со стороны фашистов. Однако во многих случаях они сталкиваются не только с равнодушием представителей органов охраны правопорядка, но и с их действиями, которые можно интерпретировать как стремление увести фашистов от ответственности, определить их поступки как проявление не толерантного, избирательного отношения к представителям различных национальных меньшинств. Нельзя забывать, что наше правозащитное движение выросло в процессе противостояния советскому государству, для которого обыденным делом являлись не только нарушение прав человека, но и национальная политика, включавшая в себя практику депортации целых народов. Что касается работников органов внутренних дел, суда и прокуратуры, то для них преступления, квалифицируемые по ст.282 УК РФ, составляют ничтожный процент от огромного буквально захлестывающего их вала преступности, справляться с которыми они не имеют физической возможности. Анализ правоприменительной практики по преступлениям, которые можно квалифицировать как разжигание межнациональной розни, показывает, что соответствующие дела крайне «неудобны» в расследовании и, как правило, имеют весьма сомнительную судебную перспективу. Возбуждение уголовного дела в связи с нарушением национального равноправия российских граждан или в связи с попытками разжигания межнациональной розни не сулит представителям охраны порядка ничего, кроме дополнительной работы, которая, как правило, заканчивается оправданием преступника в суде, если дело удается вообще довести до суда. Именно поэтому в среде сотрудников правоохранительных органов бытует отношение к правозащитникам как к вздорным людям, постоянно пытающимся вовлечь органы охраны правопорядка в свои бесконечные «разборки» с политическими оппонентами. Между тем специфика правонарушений на почве фашизма такова, что ни органы государственной власти, ни правозащитная общественность не в состоянии самостоятельно решить эту проблему. Преступные действия являются в этом случае лишь вершиной айсберга – конкретным правонарушениям предшествует длительный процесс, в ходе которого создаются предпосылки для преступных действий. Чтобы предотвратить преступление, необходимо тесное взаимодействие органов государственной власти с правозащитной общественностью. Причем задачи этого взаимодействия и формы зависят от «стадии заболевания» [79, c.3–7]. Одним из направлений выражения недовольств к власти, политическому строю, инородцам – является неофашизм, представляющий в своих различных проявлениях большую опасность. Неофашизм, как резервное политическое и идеологическое оружие масс, не только продолжает существовать, но и все более проявляет свою активность. В годовщину празднования 70-летия победы в Великой Отечественной войне над фашистской Германией, считаем необходимым подчеркнуть, что именно поэтому крайне важно исследовать предпосылки возрождения фашизма и выявить сущность его современного двойника – неофашизм. Живучесть ультраправых сил отражает недуги, которыми поражён современный мир. Критический анализ условий проявления неофашизма, содержание его политической идеологии и методов пропаганды служит основанием для следующих обобщений. 1. В условиях современного общего кризиса, роста политического сознания и политической активности, сохраняются и условия – экономические, социально-политические, идеологические, психологические – для осуществления неофашистских программ и неофашистских организаций. 2. Объективные условия существования неофашистской идеологии дополняются субъективными устремлениями массовой реакции использовать проверенную на практике мифологизированную фашистскую демагогию для воздействия на сознание и морально-нравственные устои человека с целью остановить процесс миграции иностранных граждан в Российскую Федерацию. 3. Одной из основных задач неофашистской идеологии является вуалирование сущности фашизма путём фальсификации исторических фактов. Важнейшей задачей всех тех, кто борется против неофашизма, является борьба с неофашистской идеологией, стремящейся втянуть в своё движение политически незрелую массу, играя на предрассудках людей, используя недовольство масс в целом [138]. В последние годы нашу страну буквально захлестнула волна насилия. Среди преступлений, направленных против личности, все большее место занимают наиболее тяжкие проявления насилия, возрастает степень тяжести причиняемого им вреда. Более половины преступлений имеет под собой совершенно определенную почву: они являются следствием крайнего обострения национальной, расовой или религиозной вражды [79, с.3–7]. Сложилась парадоксальная ситуация: в России, где фашизм причинил много горя и страданий нашему народу, нацистская идеология вполне легально стремится завоевать позиции среди определенной части населения. В связи с чем активизируется деятельность деструктивных сил – экстремистки настроенных лиц и объединений, разжигающих социальную, национальную, расовую, религиозную вражду, ненависть, рознь; распространяющих идей национал-социализма и фашизма. В России продолжают существовать группы и движения, которые открыто заявляют об идейном родстве с национал-социализмом, используют фашистские и схожие с ними лозунги, атрибутику и символику. В свободно распространяемой литературе исповедуются идеологические и политические взгляды Гитлера, Муссолини и других руководителей национал-социалистической рабочей партии Германии и фашистской партии Италии. Используя изощрённую демагогию, спекулируя на национальных и религиозных чувствах людей, на переживаемых ими трудностях, доморощенные неофашисты делают ставку на маргинальную часть населения, находящуюся на обочине жизни, а также на молодежь, легко воспринимающую экстремистские призывы новоявленных фашистов и пополняющую ряды их организаций. Идеология неонацизма и неофашизма – это воинствующий антидемократизм, расизм и шовинизм. В 20-30 годах прошлого века усилиями печально известных всему миру деятелей в Германии, Италии и ряде других стран были созданы террористические режимы, уничтожившие все демократические свободы и институты. В годы Второй Мировой войны нацистская (фашистская) идеология нашла свое логическое воплощение в гитлеровских лагерях смерти, геноциде и других преступлениях против человечества и человечности. Фашизм сыграл решающую роль в развязывании Второй мировой войны, унёсшей не менее 60 млн. человеческих жизней. Его массовые преступления были осуждены Нюрнбергским международным военным трибуналом. Проявление неофашизма и неонацизма в Российской Федерации – это не только вызов общественному мнению, это серьезная угроза демократическим институтам, основам конституционного строя, реальный фактор политической напряжённости. Этой практике необходимо противостояние, и, прежде всего, принятие на государственном уровне эффективных правовых и иных мер по противодействию политическому экстремизму, поскольку правовой базы для реальной борьбы почти нет, то есть отсутствуют не только прямые ограничения и запреты на использование фашистской литературы, атрибутики и символики, но даже и соответствующие понятия. Административное законодательство не предусматривает ответственность за её обычное распространение. Никак не преследуется даже создание объединений нацистской направленности и проведение ими публичных мероприятий. Что касается УК РФ, то лишь пару статей предусматривают санкции за действия, направленные на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства, а равно пропаганду исключительности, превосходства или неполноценности граждан по социальным и иным признакам, а также за геноцид. Но даже и по этим статьям привлечь к уголовной ответственности совсем не просто: для их вменения требуется наличие у лиц прямого умысла на разжигание соответствующей вражды и розни, а геноцид практически не востребуется, поскольку отсутствует опыт её применения. Впрочем, умысел в действиях подозреваемых доказать тоже достаточно сложно. Особенно при отсутствии в законе чётких правовых формулировок [63, с.5–7]. Эффективное противодействие фашизму и нацизму может быть организованно только при тесном взаимодействии правоохранительных органов с правозащитным сообществом – одной из самых активных и влиятельных структур нарождающегося в России гражданского общества. В антифашистской борьбе есть и ещё один существенный аспект, связанный с наличием воли. Хочется солидаризоваться с точкой зрения профессора Туманова И.И. «Думается, – отмечал он, – если бы государство начиная с Президента и далее по всей властной вертикали, захотело бы власть употребить… то и закона бы хватало, и организованных структур, и сил, и квалификации, чтобы если не пресечь фашизм (это мы вряд ли сумеем добиться в ближайшем десятилетии), то хотя бы не допустить его массовых проявлений» [177, с.37], (типа, проявлений неофашизма в современных событиях на Украине). Проблема противостояния неофашизму и экстремизму в современной России оказывается тесно связанной с государственными интересами. Праворадикальные движения выступают не только субъектами политической активности, но и инструментами, ударными отрядами для заинтересованных сил. Их деятельность легитимна, поскольку это с одной стороны выражает интересы современных державных партий и политических лидеров, а с другой, поскольку, власти в определенной степени необходимы «враги народа», борьба с которыми укрепит их собственную позицию. В связи с этим борьба с экстремизмом в большей степени касается точечных терактов, действий политической оппозиции, хулиганствующих банд, но почти не затрагивает фашиствующих движений. Задача правоохранительных органов России активизировать противодействие радикально-националистическим и неофашистским проявлениям. Тем не менее, фактически открытая проповедь фашистских идей все еще встречает очень малый отпор. Российские власти не уделяют достаточного внимания столь опасным проявлениям. Эффективному противодействию неофашизму недостает соответствующего просвещения, подлинной политической дискуссии, соревновательности политических партий. Неофашизм не служит воспитанию человека в духе терпимости и уважения к другому, а наоборот, развивает в нем безразличие к судьбе другого человека, подогревает националистическую агрессивность и сеет национальную рознь. Вместе с тем противостояние этому явлению необходимо и во многом будет обусловлено не только укреплением государственности, но и развитием гражданского общества. В качестве механизма противодействия праворадикальным организациям следует создать своего рода «систему раннего предупреждения» на основе диагностирования – мониторинга общественного мнения, включая мнения экспертов, которая позволит «нарисовать» подробную картину положения дел по данному аспекту со всеми составляющими показателями, чтобы знать об этом явлении детально – на городском, региональном и общероссийском уровнях. Только так, зная проблему основательно, всесторонне и изнутри (причину, а не следствие), можно составить адекватное представление о степени ее присутствия и опасности на местах, принять систему мер по ее локализации в российской политической практике.
<< | >>
Источник: Плихун Яна Васильевна. Причины возникновения и деятельность праворадикальных организаций России постсоветского периода. 2015

Еще по теме 3.2. Механизмы противодействия праворадикальным организациям в российской политической практике:

  1. 2.2. Механизмы и факторы политической социализации в российском политическом пространстве
  2. § 2. Механизм реализации политических прав и свобод граждан в Российской Федерации
  3. 2.I. Методологические основы механизма реализации субъективных политических прав и свобод в Российской Федерации.
  4. 1 . Методологические основы механизма реализации субъективных политических прав и свобод в Российской Федерации.
  5. 3.1. Пути преодоления распространения идеологии неофашизма в деятельности праворадикальных организаций
  6. 2.2. Формирование профашистских праворадикальных организаций на постсоветском пространстве
  7. Плихун Яна Васильевна. Причины возникновения и деятельность праворадикальных организаций России постсоветского периода, 2015
  8. Златопольский Антон Андреевич. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРАВА И СВОБОДЫ ГРАЖДАН И МЕХАНИЗМ ИХ РЕАЛИЗАЦИИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва 1993, 1993
  9. Златопольский Антон Андреевич. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРАВА И СВОБОДЫ ГРАЖДАН И МЕХАНИЗМ ИХ РЕАЛИЗАЦИИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой сте­пени кандидата юридических наук. Москва - 1993, 1993
  10. § 3. Механизм исполнения международных обязательств в национальном праве в контексте участия государства во Всемирной торговой организации: теоретические подходы и правоприменительная практика
  11. 3.1. Факторы политического участия этнических групп в российском политическом процессе
  12. Глава 3. Условия и перспективы локализации праворадикальных организаций России постсоветского периода
  13. § 3.Содержание отдельныхэлементов механизма оперативно-разыскного обеспечения противодействия коррупции в пограничных органах
  14. 2.3. Административно-правовые механизмы противодействия коррупции в деятельности сотрудников полиции: проблемы и перспективы
  15. § 1. Понятие и элементы механизма оперативно-разыскного обеспечения противодействия коррупции в пограничных органах
  16. Проблемы теории и практики судебно-экспертной профилактики в деятельности негосударственных судебно-экспертных организаций в Российской Федерации
  17. Глава 2. МЕХАНИЗМ ОПЕРАТИВНО-РАЗЫСКНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ КОРРУПЦИИ В ПОГРАНИЧНЫХ ОРГАНАХ